Пародия на рассказ А.Легостаева «Колодец»

Дракон неспешно летел сквозь белую вату облаков по своим, только ему ведомым, драконьим делам. Какие у дракона дела? Поесть посытнее, похитить пару принцесс, сжечь несколько покосившихся халуп в какой-нибудь деревне, и убить героя, само собой. Даже если герой был могуч собой и вершин ста росту, его надлежало найти и убить… Дракон всегда в поиске, и невдомек ему, что поиск этот не нужен никому: и герои пошли уже не те, и красавицы похищенные больше похожи на монстров злобных. У него драконья философия, и она ничем не лучше и не хуже философии геройской, что славит лишь тех, кто их, драконов изничтожает почем зря с лика земного.
Дракон снизился, вышел из слоя облачности и начал вглядываться подслеповатыми глазами в зеленый ковер деревьев под ним. Он искал знакомую полянку и старый колодец посередине — родовой очаг драконьей семьи. Не древней, но достаточно старой семьи, что вырастила его и научила всему, что он теперь умел. Одновременно колодец служил семейной усыпальницей, дедушка, бабушка, мама, папа и троюродный внучатый племянник дракона были похоронены в нем. А кричащие птицы кружили вокруг, косили на изумрудно-зеленого змия наглыми глазами, и подлетали совсем близко, делая вид, что оттачивают свое, птичье полетное мастерство. Но Дракон знал: издеваются они над ним, залетают навстречу солнцу, задевают больную чешую крыльями, лишь бы насолить старому…
Поляна с колодцем возникла зеленой проплешиной в волнующемся море вековых дубов. У Дракона защемило сердце: к его родовой усыпальнице неспешно шел Герой-доходяга с искореженным мечом на поясе, в рваном не по размеру плаще, скрывающем ржавые доспехи пудов на несколько…
Почувствовал Дракон беды приближение, стрелой смертоносной ринулся к земле, откуда только силы взялись. А Герой тем временем, подошел к колодцу, склонил блестящую на солнце оголенную макушку, плюнул в колодец и дальше пошел, неспешно землю-мать шагами меряя. Затем вернулся, плюнул еще раз, дури то много,и остановился у замшелого края. Налились кровью глаза Дракона, и рев готов был вырваться из клыкастой пасти, но призадумался он и остановился в воздухе. Силища у него недюжинная, а что толку, раздавит Героя этого, и ни радости ни горести не испытает…
Герой тем временем ползал вокруг колодца, собирал камешки, бросал их внутрь, и с любопытством пятилетнего ребенка ждал: ни плеснет ли чего внизу. Дракон подлетел поближе и плюнул вниз, аккурат на бритую голову Героя. Потом плюнул еще раз, мстя за осквернение могилы любимой бабушки, и амулет семейный, камешек на голову василиска похожий, в лысую башку метнул, пусть прочувствует нечестивец, куда плевал. Затем поднатужился Дракон, улыбнулся гадливо, расслабил прямую кишку и выпустил вниз добрую тонну воняющих палевом испражнений. Герой рванулся всем телом, метнулся было к поясу, где под плащаницей приторочен был шлем, но опоздал. И куча накрыла его с головой. Проронив сентиментальную слезу, Дракон начал снижаться к земле, неспешно хлопая крыльями и напевая старую геройскую песню:
«Колодец, колодец, дай воды напиться…».

Андрей Терещенко

Добавить комментарий