Эстонские песни о смерти

Maailm ei ole enam see, mis ta oli enne.
Мир уже не тот, что прежде.
Семь сынов у рыжей дуры

Бог летит на колеснице,
сзади — пулеметчик.
В небо выстрелил — попал,
появились звезды.

В дырки хлынула вода —
собрались озера.
Ветер глины намесил —
города поднялись.

Семь сынов у рыжей дуры
в небо мост взметнули.
Поскользнулись на дожде —
грохнулись о землю.

Разбрелись по городам,
счет годам открыли.
И вот с этих самых пор
люди умирают.

Пустая река

Пустая река течет,
Совсем пустая река.
Мельника вытащили вчера,
Теперь пустая река.
Вот мельника жена идет —
Не будет пустая река.
Вот мельника дети идут —
Нет, не будет пустая.
Вот мельника друзья идут.
Такая большая река
Не бывает долго пустой.

Тайна

Старый Пеэтер можжевельник
рубит у корчмы.
Будем, будем веселиться,
вволю пиво пить!

Чует боров в загородке
можжевельный дым.
Будем, будем веселиться,
мяса накоптим!

Вот потеха — старый Пеэтер
рухнул у костра.
Тихо! Замолчите, дети!
Что-то здесь не так…

Вальс-ночь

За крышами спрятался месяц,
Холодный, как мертвый финн.
Трам-пам-пам, трам-пам-пам…

Остров Пасхи

Детки стайкою сгурьбились,
строго к мамке обратясь:
«Тута тятька, что ли, помер,
весь в сетях на берегу».

Волос дыбом, рот открылся —
мамка бледная стоит.
А это был не тятька вовсе,
так, чужой, ненужный труп.

Детки скачут, мамка рада,
мечет круглый блин на стол.
«Пасха! Пасха!» — веселятся,
а тут Христос взял — и воскрес.

Колыбельная

Тишину обняв хвостом,
спит русалка под мостом —

спи и ты.

Спит на ветке черный дрозд,
прячет в пуговицах звезд
ночь-пальто латунь луны —

спи и ты.

Спит фонарь, под ним звонарь,
может, пьян, а может, помер,
в темноте не разобрать,
лучше бы тебе не знать —

спи.

Задумался

Пошел за брусникой,
Ушел, как Христос, по воде.
Лишь дымка с утра
Встает над свинцовым заливом.

Кладбище в Тырва

Тем, кто трудился для Эстонии,
нашли в ней последний приют.
Певчие птички Эстонии
над могилками их поют.

Тем, кто сражался за Эстонию,
в битве отдали жизнь за нее.
Мало земли в Эстонии,
могилки их далеко.

Тем, кто правит Эстонией
по мере скорбных сил.
Большая земля Эстония,
хватит на всех могил.

Тем, кто дети Эстонии,
мальчик с лопаткой стоит.
Горсть земли Эстонии!
Надежда в глазенках горит.

 Дмитрий Сумароков

Добавить комментарий